Главная | Регистрация | Вход Приветствую Вас Гость | RSS
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Films » Научная фантастика » О жанре
О жанре
=_EX_=Дата: Среда, 08.04.2009, 15:10 | Сообщение # 1
FORCE OF EQUILIBRIUM
Группа: Администраторы
Сообщений: 724
Награды: 16
Репутация: 11
Статус: Offline
История фантастики

Появление фантастики было вызвано промышленной революцией в XIX веке. Первоначально научная фантастика была жанром литературы, описывающим достижения науки и техники, перспективы их развития и т. д. Часто описывался (как правило, в виде утопии) мир будущего. Классическим примером такого типа фантастики являются произведения Жюля Верна.

Позднее развитие техники стало рассматриваться в негативном свете (антиутопия). Пример: «Машина времени» Герберта Уэллса. Антиутопия, кроме изменения техники в будущем, описывает негативные тенденции развития общества — так называемая социальная фантастика, появившаяся в XX веке. Самые известные примеры антиутопии: «Мы» Евгения Замятина, «Железная Пята» Джека Лондона, «Дивный Новый Мир» Олдоса Хаксли, «1984» Джорджа Оруэлла, «451 градус по Фаренгейту» Рэя Брэдбери.

В 1980-х годах начал набирать популярность антиутопический поджанр киберпанк. В нем высокие технологии соседствуют с тотальным социальным контролем и властью всемогущих корпораций. В произведениях этого жанра основой сюжета выступает жизнь маргинальных борцов с олигархическим Режимом, как правило, в условиях тотальной кибернетизации общества и социального упадка. Известные примеры: «Нейромант» Уильяма Гибсона, «Лабиринт отражений» Сергея Лукьяненко.

Сложился стереотип, что научная фантастика — развлекательный жанр. Нередко писатели пытаются его разрушить, превращая свои книги в серьёзные произведения, нагружая их скрытым философским смыслом. Примерами могут служить романы Хроники Дюны (Фрэнк Герберт), Основание (Айзек Азимов), Город (Клиффорд Саймак).

Фантастика в Советском Союзе

В 1934 во время всесоюзного съезда писателей известный детский писатель Самуил Яковлевич Маршак фактически раздавил своим авторитетом зарождающуюся советскую фантастику, полностью загнав её в прокрустово ложе детской литературы, определённое им самим лично.[1]
Этот раздел не завершён. Вы поможете проекту, исправив и дополнив его.

Жанры фантастики

Жанры фантастики

От жанра научной фантастики в 20—30-х гг. XX столетия отпочковался жанр фэнтези, или «волшебной сказки для взрослых». Разделение этих жанров литературы относительно несложно в их крайних проявлениях: «твёрдой» научной фантастики и героической фэнтези, но между ними располагается целый спектр произведений, в середине которого отнесение книг сугубо к одному из жанров становится проблематичным (примером может служить цикл «Драконы Перна» Энн Маккефри).

Наиболее важными поджанрами являются: альтернативно-историческая фантастика, социальная фантастика, военная научная фантастика, апокалиптическая и постапокалиптическая фантастика и ксенофантастика, описывающая жизнь инопланетян с психологией и структурой общества, совершенно отличной от человеческой.

Стимпанк

Жанр, созданный с одной стороны в подражание таким классикам фантастики как Жюль Верн и Альбер Робида, а с другой являющийся разновидностью пост-киберпанка. Иногда из него отдельно выделяют дизельпанк, соответствующий фантастике первой половине XX в

Утопии, дистопии и антиутопии

Что характерно, дистопия и антиутопия характеризуются как сбывшиеся утопии. Начало жанра было положено ещё трудами античных философов, посвящённых созданию идеального государства. Самым известным из которых является «Государство» Платона, в котором он описывает идеальное (с точки зрения рабовладельцев) государство, построенное по образу и подобию Спарты, с отсутствием таких недостатков присущих Спарте, как повальная коррупция (а взятки в Спарте брали даже цари и эфоры), постоянная угроза восстания рабов, постоянный дефицит граждан и т. п. С концом античности, когда бывшую Римскую Империю заполонили варвары, а священники твердили о близком конце света, жанр утратил свою популярность — все жили одним днём в ожидании близкого конца света. А когда варвары христианизировались, то уже было не кому и не для кого писать утопии. Жанр пережил возрождение в Эпоху Возрождения, связанное с именем Томаса Мора, написавшего «Утопию». После чего начался расцвет жанра утопии с активным участием социал-утопистов. Позднее, с началом промышленной революции, начали появляться отдельные произведения в жанре антиутопии, изначально посвящённые критике сложившегося порядка. Ещё позднее появились произведения в жанре дистопии посвящённые критике утопий.

Апокалиптика и постапокалиптика

Близкие жанры, зарождение которых можно увидеть ещё в фантастике начала XX века, предшествующей Первой мировой войне. Впоследствии жанр пережил настоящий расцвет во времена холодной войны. В произведениях повествуется о жизни после конца света: пришествия инопланетян, уничтоживших Землю; приходе всадников Апокалипсиса; вторжение демонов или тёмных сил; взрыве ядерных бомб по всей Земле; появлении вампиров уничтоживших почти всё человечество; глобальных техногенных или природных катастрофах; ввержении людей в хаос политиками, и скатывание цивилизации к предшествующим уровням развития; диктатуре в вышеизложенных ситуациях.

Космоопера

Классический жанр, прошедший длительную эволюцию от первых, строго научных произведений, написанных ещё учёными (например, Циолковский написал несколько НФ-произведений). В годы великой депрессии превратившийся в дешёвое развлечение, к которому термин «научная» часто неприменим. С наступлением эры космических полётов данный жанр снова стал научным, а с выходом «Звёздных войн» приобрёл некоторые черты, присущие фэнтэзи, в сочетании с эпичностью. Современные произведения могут сочетать общую научность с некоторыми фэнтезийными или мистическими элементами.

Киберпанк

Жанр, рассматривающий эволюцию общества под воздействием новых технологий, особое место среди которых уделено телекоммуникационным, компьютерным, биологическим, и, не в последнюю очередь, социальным. Фоном в произведениях жанра нередко выступают киборги, андроиды, суперкомпьютер, служащие технократичным, коррумпированным и аморальным органазациям/режимам. Для произведений жанра очень характерно присутствие мессии, нередко с сомнительным прошлым, одержимого идеей изменения мира путем убийства определённых ключевых персонажей или уничтожения организаций. В киберпанке, как в молодом, неокончательно сформированном, но очень многогранном жанре, можно заметить элементы других, более устоявшихся направлений фантастики. Киберпанк довольно депрессивен и мрачен, его дух может быть описан как "технократическая неоготика".

Пост-киберпанк

Пост-киберпанк делится на два крупных потока: нанопанк и биопанк. Некоторые относят к пост-киберпанку так же и стимпанк. Рекомендую

 
=_EX_=Дата: Среда, 08.04.2009, 15:13 | Сообщение # 2
FORCE OF EQUILIBRIUM
Группа: Администраторы
Сообщений: 724
Награды: 16
Репутация: 11
Статус: Offline
История фантастики

Истоки фантастики:

Истоки фантастики — в пост-мифотворческом фольклорном сознании, прежде всего в волшебной сказке.

Фантастика выделяется как особый вид художественного творчества по мере отдаления фольклорных форм от практических задач мифологического осмысления действительности (древнейшие космогонические мифы по существу нефантастичны). Первобытное миропонимание сталкивается с новыми представлениями о действительности, мифический и реальный планы смешиваются, и эта смесь сугубо фантастична. Фантастика, по выражению Ольги Фрейденберг, — «первое порождение реализма»: характерным признаком вторжения реализма в миф служит появление «фантастических существ» (божеств, сочетающих звериные и человеческие черты, кентавров и т. п.) . Первичные жанры фантастики, утопия и фантастическое путешествие, были еще и древнейшими формами повествования как такового[6], в первую очередь в «Одиссее» Гомера . Сюжет, образы и происшествия «Одиссеи» — начало всей литературной западно-европейской фантастики.

Однако столкновение мимесиса с мифом, которое и производит эффект фантастики, носило пока что непроизвольный характер. Первый, кто сталкивает их намеренно, и, значит, первый сознательный фантаст — это Аристофан.

Фантастика в античной литературе

В эпоху эллинизма Гекатей Абдерский, Евгемер, Ямбул сочетают в своих сочинениях жанры фантастического путешествия и утопии.

В римское время момент социально-политической утопии, свойственной эллинистическим псевдопутешествиям, уже выветрился; осталась лишь серия фантастических приключений в разных частях земного шара и за его пределами — на Луне, соединенная с тематикой любовного романа. К этому типу относятся «Невероятные приключения по ту сторону Туле» Антония Диогена.

Во многом продолжением традиции фантастического путешествия является и роман Псевдо-Каллисфена «История Александра Великого», где герой попадает в области великанов, карликов, людоедов, уродов, в местности со странной природой, с необычными животными и растениями. Много места уделено чудесам Индии и ее «нагим мудрецам», брахманам. Не забыт и мифологический прообраз всех этих сказочных странствий, посещение страны блаженных.

Архаична фантастика в романе метаморфоз (несохранившиеся «Метаморфозы» Лукия Патрского, «Лукий, или Осел» Псевдо-Лукиана, «Метаморфозы, или Золотой осел» Апулея). Последний представляет собой «фантастическое повествование, где история души облечена в форму рассказа об истории тела».

Сатирический фрагмент «Сатирикона» Петрония (описание города Кротона, населенного бездетными наследодателями и «ловящими» их искателями наследства), восходя к миму, предвосхищает некоторые сатирически-фантастические образы в последней части «Гаргантюа и Пантагрюэля» или в «Путешествии Гулливера». Сатирическая фантастика в этом эпизоде контрастирует с натуралистическим гротеском в сценах пира Тримальхиона и в некоторых других эпизодах.

Важной вехой в развитии фантастики стала мениппея Лукиана «Правдивая история», где автор для усиления комического эффекта стремился нагромоздить как можно больше невероятного и несуразного и обогатил при этом флору и фауну «чудесной страны» многими живучими выдумками.

Фантастикой изобилует популярный древнехристианский роман II в. — так называемые «Климентины» (по имени одного из главных действующих лиц Климента, от лица которого ведется рассказ). Среди действующих лиц — апостол Петр, Симон Волхв, его спутница Елена Прекрасная (та самая, из «Илиады»), там же впервые появляется Фауст — прообраз более позднего персонажа.

Уже с V в. до н. э. возникает и растет интерес к чудесному. Его выражением стал особый жанр нехудожественной прозы — парадоксография. Из нескольких сохранившихся сочинений в этом роде с точки зрения фантастики заслуживают внимания «Удивительные истории» Флегонта из Тралл (2 в. н. э.), которого особенно привлекали сообщения о привидени

Фантастика в средневековой литературе

В период раннего Средневековья, примерно с V по XI в., происходит если не отторжение, то по крайней мере подавление чудесного, основы фантастического[10]. В XII—XIII вв., по словам Жака Ле Гоффа, «происходит подлинное вторжение чудесного в ученую культуру». В это время одна за другой появляются так называемые «книги чудес» (Гервасий Тильберийский, Марко Поло, Раймунд Луллий, Джон Мандевиль и др.), возрождающие жанр парадоксографии.

Начиная с XII века мотивы волшебных сказок (происходящих из кельтских мифов) проникают и в угасающий героический эпос (особенно в таких поздних поэмах как «Оберон» или «Тристан де Нантейль»), и в формирующийся рыцарский роман, став его образной основой, — от «Персеваля» (около 1182) Кретьена де Труа до Смерти Артура (1469) Т. Мэлори. «Вплоть до XV века и даже позже роман остается основным прибежищем всего чудесного и странного». Обрамлением фантастических сюжетов стала кельтская по своим истокам легенда о дворе короля Артура. Ирландская фантастика иного мира с трудными переправами туда, с опасными испытаниями, но и с вечной молодостью, изобилием и т. п. окрашивает многие эпизоды почти во всех романах Кретьена и продолжениях «Персеваля». При этом чудесное переплетается с обыденным, собственно рыцарский мир находится в сложном взаимодействии с фантастической сказочной страной, куда направляются рыцари в поисках приключений. Само обращение к кельтской сказочно-мифологической фантастике как-то связано с некоторым расхождением обогащающегося духовного мира постепенно эмансипирующейся личности и узких рамок церковного католического канонического мироощущения именно в XII в. В «Тристане и Изольде» или в романах Кретьена де Труа мы имеем, в сущности, дело не с новыми религиозными исканиями, а с известной свободой творческой фантазии, с новым индивидуальным психологическим и нравственным опытом, не укладывающимся в рамки канонических церковных представлений.

Дальнейшую трансформацию этих сюжетов являют монументально-фантастические, почти совсем утратившие историко-эпическую подоснову ренессансные поэмы «Влюблённый Роланд» Боярдо, «Неистовый Роланд» Л. Ариосто, «Освобожденный Иерусалим» Т. Тассо, «Королева фей» Э. Спенсера. Вехой в развитии фантастической аллегории, созданной Овидием, был «Роман о Розе» 13 в. Гильома де Лорриса и Жана де Мена.

Сказки «Тысячи и одной ночи» небогаты фантастикой, поскольку «роль волшебного элемента в арабских сказках сильно ограничена». Своеобразный литературный переплав народных сказаний, легенд и поверий представляют собой многие произведения японской (например, жанр «рассказа о страшном и необычайном» — квайдан) и китайской фантастики (сборник «Рассказы о чудесах из кабинета Ляо» Пу Сунлина, подводящий итог всей китайской новеллистической традиции, включая характерную для нее фантастику).

Фантастика в эпоху Возрождения

Развитие фантастики в период Ренессанса завершают «Дон Кихот» М. Сервантеса — пародия на фантастику рыцарских похождений и одновременно начало реалистического романа, и «Гаргантюа и Пантагрюэль» Ф. Рабле, использующий профанированный язык рыцарского романа для разработки гуманистической утопии и гуманистической сатиры. У Рабле же находим (глава «Телемское аббатство») один из первых примеров фантастической разработки утопического жанра, хотя и исконно нехарактерной: ведь у зачинателей жанра Т. Мора (1516) и Т. Кампанеллы (1602) утопия тяготеет к дидактическому трактату и лишь в «Новой Атлантиде» Ф. Бэкона являет собой научно-фантастическую игру воображения. Пример более традиционного сочетания фантастики с мечтой о сказочном царстве справедливости — «Буря» У. Шекспира.

В меньшей степени, чем древнейшая мифология и фольклор, стимулировали фантастику религиозно-мифологические образы Библии. Крупнейшие произведения христианской фантастики — «Потерянный рай» и «Возвращенный рай» Дж. Мильтона — основаны на апокрифах. Это, однако, не умаляет того факта, что произведения европейской фантастики средневековья и Возрождения, как правило, имеют вторичную, этическую христианскую окраску или представляют игру фантастических образов в духе христианской апокрифической демонологии. Вне фантастики стоят жития святых, где чудеса принципиально выделены как экстраординарные происшествия. Тем не менее христианско-мифологическое сознание способствует расцвету особого жанра — фантастики видений. Начиная с апокалипсиса Иоанна Богослова «видения» или «откровения» становятся полноправным литературным жанром: разные аспекты его представляют «Видение о Петре Пахаре» (1362) У. Ленгленда и «Божественная комедия» Данте. Идея «откровения», в отличие от жития, — противопоставление земной действительности иного, сверхъестественного плана существования.

Поэтика религиозного «откровения» определяет визионерскую фантастику У. Блейка: его грандиозные «пророческие» образы — последняя вершина жанра.

Фантастика в 17 и XVIII веке

К концу 17 в. маньеризм и барокко, для которых фантастика была постоянным фоном, дополнительным художественным планом (при этом происходила эстетизация восприятия фантастики, утрата живого ощущения чудесного), сменил классицизм, по своей сути чуждый фантастике: его обращение к мифу полностью рационалистично.

Французские «трагические истории» XVII века черпают материал из хроник и рисуют роковые страсти, убийства и жестокости, одержимость дьяволом и т.п. Это — далекие предшественники произведений маркиза де Сада-романиста и вообще «черного романа», сочетающие парадоксографическую традицию с повествовательным вымыслом. Инфернальные темы в благочестивой оправе (история борьбы с ужасными страстями на пути служения богу) выступают в романах епископа Жана-Пьера Камю.

В романах 17-18 вв. мотивы и образы фантастики походя используются для осложнения интриги. Фантастический поиск трактуется как эротические похождения («фейные сказки», например «Акажу и Зирфила», 1744, Ш. Дюкло). Фантастика, не имея самостоятельного значения, оказывается подспорьем плутовского романа («Хромой бес» А. Р. Лесажа, «Влюблённый дьявол» Ж. Казота), философского трактата («Микромегас» Вольтера) и т. д. В «Путешествиях Гулливера» Дж. Свифта фантастика в духе Рабле и Сирано де Бержерака поставлена на службу идеологической сатире. Реакция на засилье просветитительского рационализма наступила во 2-й половине 18 в.; англичанин Р. Хёрд призывает к прочувствованному изучению фантастики («Письма о рыцарстве и средневековых романах», 1762); в «Приключениях графа Фердинанда Фэтома» Т. Смоллетт предваряет ставший началом развития фантастики 19—20 в. «готический роман» Х. Уолпола, А. Радклиф, М. Льюиса, У. Бекфорда. Поставляя аксессуары романтических сюжетов, фантастика остаётся на подсобной роли: с её помощью двойственность образов и событий становится изобразительным принципом предромантизма.

Фантастика в романтизме

У романтиков двойственность оборачивается раздвоением личности, ведущим к поэтически благотворному «священному безумию». «Прибежища в царстве фантазии» искали все романтики: у «иенцев» фантазирование, то есть устремлённость воображения в запредельный мир мифов и легенд, выдвигалось как приобщение к высшему прозрению, как жизненная программа — сравнительно благополучная (за счёт романтической иронии) у Л. Тика, патетичная и трагическая у Новалиса, чей «Генрих фон Офтердинген» являет образец обновленной фантастической аллегории, осмысленной в духе поисков недостижимого и непостижимого идеально-духовного мира. Гейдельбергская школа использовала фантастику как источник сюжетов, придающих дополнительный интерес земным событиям (так, «Изабелла Египетская» Л. А. Арнима представляет собой фантастическую аранжировку любовного эпизода из жизни Карла V). Такой прагматический подход к Ф. оказался особенно перспективным.

Стремясь обогатить ресурсы фантастики, немецкие романтики обратились к её первоисточникам — собрали и обработали волшебные сказки и легенды («Народные сказки Петера Лебрехта», 1797, в обработке Тика, «Детские и семейные сказки», 1812—1814, и «Немецкие предания», 1816—1818, братья Я. и В. Гримм). Это способствовало становлению жанра литературной сказки во всех европейских литературах, остающегося и поныне ведущим в детской фантастике. Классический его образец — сказки Х. К. Андерсена.

Романтическую фантастику синтезировало творчество Э. Т. А. Гофмана: здесь и готический роман («Эликсир дьявола»), и литературная сказка («Повелитель блох», «Щелкунчик и мышиный король»), и феерическая фантасмагория («Принцесса Брамбилла»), и реалистическая повесть с фантастической подоплёкой («Выбор невесты», «Золотой горшок»).

Попытку оздоровить влечение к фантастике как к «пропасти потустороннего» представляет «Фауст» Гёте; используя традиционно-фантастический мотив продажи души дьяволу, поэт обнаруживает тщету блужданий духа в сферах фантастического и в качестве окончательной ценности утверждает земную жизнедеятельность, преобразующую мир (т. е. утопический идеал исключается из области фантастики и проецируется в будущее).

В России романтическая фантастика представлена в творчестве В. А. Жуковского, В. Ф. Одоевского, А. Погорельского, А. Ф. Вельтмана. К фантастике обращались А. С. Пушкин («Руслан и Людмила», где особенно важен былинно-сказочный колорит фантазии) и Н. В. Гоголь, фантастические образы которого органично влиты в народно-поэтическую идеальную картину Украины («Страшная месть», «Вий»). Его петербургская фантастика («Нос», «Портрет», «Невский проспект»), крайне экономная и «выморочная», по-иному обусловлена общей картиной действительности, сгущенное изображение которой естественно порождает фантастические образы (как и в «Пиковой даме» Пушкина или в «Двойнике» Ф. М. Достоевского).

Готическую традицию фантастики развивает Э. По («Падение дома Эшеров», «Колодец и маятник»). Однако он же предвосхитил («История Артура Гордона Пима», «Низвержение в Мальстрем») появление новой отрасли фантастики — научной фантастики

Фантастика в реализме

В эпоху реализма фантастика опять оказалась на периферии литературы, хотя нередко привлекалась для сатирических и утопических целей (как в рассказах Достоевского «Бобок» и «Сон смешного человека»). В это же время зарождается собственно научная фантастика, которая в творчестве эпигона романтизма Ж. Верна и выдающегося реалиста Г. Уэллса принципиально обособляется от общефантастической традиции; она рисует реальный мир, преображаемый наукой (к худу или к добру) и по-новому открывающийся взгляду исследователя. (Правда, развитие космической фантастики приводит к открытию новых миров, по неизбежности как-то соотносящихся с традиционно-сказочным, но это момент привходящий.)

Возрождение интереса к фантастике в конце XIX века

Интерес к фантастике как таковой возрождается к концу 19 в. у неоромантиков (Р. Л. Стивенсон), декадентов (М. Швоб, Ф. Сологуб), символистов (М. Метерлинк, А. А. Блок), экспрессионистов (Г. Мейринк), сюрреалистов (Г. Казак, Э. Крёйдер). Развитие детской литературы порождает новый облик фантастического мира — мир игрушечный: у Л. Кэрролла, К. Коллоди, А. Милна; А. Н. Толстого («Золотой ключик»), Н. Н. Носова, К. Чуковского. Воображаемый, отчасти сказочный мир создаёт с привлечением мотивов и образов западной приключенческой литературы А. Грин.

Фантастика в XX веке

В западной литературе 20 в. богато представлена неоготическая фантастика (У. Де ла Мар, Г. Ф. Лавкрафт, Дж. Кольер). Хотя во 2-й половине 20 в. фантастический импульс находит себе выход в основном в области научной фантастики, однако иногда он вызывает качественно новые художественные явления, например трилогия англичанина Дж. Р. Р. Толкина «Властелин колец» (1954—1955), написанная в русле эпической фантастики, романы и драмы Кобо Абэ, произведения испанских и латиноамериканских писателей (А. Састре, Хулио Кортасар). Для современности характерно отмеченное выше контекстное использование фантастики, когда внешне реалистическое повествование имеет символико-иносказательный оттенок и даёт более или менее зашифрованную отсылку к какому-либо мифологическому сюжету (например, «Улисс» Дж. Джойса, «Кентавр» Дж. Апдайка, «Корабль дураков» К. А. Портер). Сочетание различных возможностей фантастики являет собой роман М. Булгакова «Мастер и Маргарита». Фантастико-аллегорический жанр представлен циклом «натурфилософских» поэм Н. А. Заболоцкого («Торжество земледелия» и др.), народно-сказочная фантастика — творчеством П. П. Бажова, литературно-сказочная — пьесами Е. Шварца. Широтой и разнообразием тематики отличаются произведения братьев А. Стругацкого и Б. Стругацкого.

Фантастика в XXI веке

В конце ХХ — начале XXI века классическая научная фантастика начала уступать в популярности фэнтези, стимпанку, городской фэнтэзи и мистическим триллерам. Широкий коммерческий успех имеют «Гарри Поттер» Джоан Роулинг, в России — «Дозоры» Сергея Лукьяненко, книги Ника Перумова. В России пользуются популярностью книги Василия Головачёва, которые автор пишет каждый год, также имеется множество авторов, пишущих в жанре боевой и/или русско-патриотической фантастики (Зорич). Рекомендую

 
Форум » Films » Научная фантастика » О жанре
Страница 1 из 11
Поиск:

Design by Exent ©2008- 2017